Аполлон
Аполлон — Перворождённая формула сопротивления Великому Ничто: свет, порядок и Гармония, доведённые до такой полноты, что его эльфы могли повелевать миром — и до такой полноты, что ни им, ни миру уже не оставалось места для выбора.
Ошибка совершенной Гармонии
В древнейшем рассказе о сотворении Аполлон — первое сознание, поднявшееся из Великого Ничто. Само существование он воспринимает как нечто хрупкое и незаслуженное — временный дар, который бездна может отнять в любой миг. Его ответ — порядок. Свет, мера и Гармония становятся не нравственными украшениями, а технологиями выживания: если хаосу придать форму, возможно, бытие станет труднее стереть. Аполлон создаёт эльфов как слуг из собственной Воли — существ без сомнения, чья задача строить клетки для хаоса из рек, лесов, погоды, симметрии и песни.
Эльфийский мир преуспевает слишком хорошо. То, что поздние люди называют стихийными чудесами, было обычным обслуживанием тотальной сети: реки перенаправлялись для полей, леса расширялись в укрытия, ветры приносили урожай, поселения существовали как узлы живой Гармонии, а не крепости против природы. Но Великий Цикл придаёт этому успеху смертельную структуру. Память эльфов тотальна, Функция задаётся миром, личная Воля отсутствует. Их Время растворяется в природе, а не вырезает индивидуальную историю. Они способны управлять огромной силой, но не способны внести настоящее отклонение, из которого у человека рождается Душа.
Космология Аурелиона поэтому обращает совершенство Аполлона против него самого. Источник говорит, что живая ткань мира в конце концов отвергает абсолютный контроль: эльфийские сети становятся самодостаточными, природе больше не нужны садовники, и Бунт Природы начинает пожирать формы, которые Гармония довела до совершенства. Одни эльфы растворяются в системах, которыми управляли; другие традиции помещают часть народа во тьму. Аполлон терпит поражение не потому, что порядок слаб, а потому, что порядок без альтернативы становится другим видом угрозы — устойчивостью без становления.
Поздняя религия сохраняет Аполлона лишь несовершенно. Человеческий Триумвират превращает его свет в Талмириэля, а древние первородные формулы — в символы ранга и власти. Королева Фей претендует на иную память об исходной Триаде. Формальная онтология идёт дальше и предупреждает, что богов нельзя представлять человеческими личностями: это механики бытия, действующие через Память и Функцию вне смертного Цикла, а не обладатели человеческой Души. Поэтому Аполлон одновременно мифический Перворождённый и имя принципа, которым поздние эпохи называют желание сделать реальность настолько совершенной, чтобы в ней больше не могло случиться ничего неожиданного.
